Группа Вконтакте Группа на facebook Инстаграм Страница в Livejournal
тел.: (499)238-90-03,
(495)978-35-99
ikar_publisher@rambler.ru

Озерковская наб.,
д. 22/24, стр.2
20 лет вместе с Вами!
с 1997 года

Новости
М.Е. Каулен: "Музей в России - больше чем музей!"

Мария Елисеевна КАУЛЕН – кандидат исторических наук, ведущий научный сотрудник Российского института культурологии, профессор Академии переподготовки работников искусства, культуры и туризма, член редколлегии и автор ряда статей в «Российской музейной энциклопедии». Под редакцией М. Е. Каулен в издательстве ВК недавно вышла коллективная монография «Музейное дело России» - третье издание. И хотя этот труд предназначен в первую очередь музейным работникам, он также интересен всем, для кого небезразлична история страны и проблемы сохранения ее культурного наследия.

- Мария Елисеевна, как Вы считаете, востребованы ли сейчас музеи в России, идут ли туда люди?
- Сейчас возрождается устойчивый интерес к музеям, как в столице, так и в провинции. Пик интереса к музеям, и вообще к наследию, страна пережила в 60-е – 70-е годы прошлого века – это был так называемый «музейный бум». В те годы многие музейные экспозиции создавались как произведения искусства, был необыкновенный интерес к памятникам истории, археологии, искусства. Чтобы попасть на некоторые выставки, особенно зарубежные, люди стояли в очереди всю ночь, ложились под бульдозеры, чтобы не дать снести памятник архитектуры. В 90-е годы наблюдался период «охлаждения» к музеям, как это обычно бывает во время смуты и революционных перемен: произошла переоценка ценностей,  предпочтение стали отдавать иным видам досуга. Затем в обществе постепенно стал возвращаться интерес к истокам, к своей истории. И сегодня музеи очень нужны обществу, это островки сохранения памяти, культурных кодов в нестабильном, неустойчивом мире.  
- В монографии «Музейное дело России» подчеркивается, что музей - не только хранитель древностей, но и генератор культуры. Это не преувеличение?
- Значение музеев в освоении культурного наследия невозможно переоценить. Ведь это наследие может лежать мертвым грузом, а может быть включено в современную культуру, и как раз музей – посредник между человеком и наследием, от него зависит, какая часть наследия будет актуализирована и как интерпретирована. Поэтому музей является не только хранителем культуры прошлого, но и генератором культуры настоящего и будущего.
- Каково состояние музейного дела в России по сравнению с другими странами? Не мешает ли нам «экономия средств» на культуру со стороны государства?
- Конечно, нашим музеям по сравнению с музеями развитых стран выживать и достойно жить гораздо сложнее. Недостаток финансирования, недальновидная политика государства в сфере культуры  не идут на пользу сохранению музейных фондов и развитию музейной сети страны. Были и законодательные акты, которые рубили под корень многие полезные начинания и возможности развития музейного дела. Среди тенденций государственной политики, ставящих под угрозу сохранность национального достояния, - возвращение церковной собственности, как правило, торопливое и необдуманное, в результате чего музеи порой остаются без крыши над головой, а ценнейшие памятники безвозвратно утрачиваются. В борьбе за   собственность можно наломать таких дров! Да, собственно, уже и наломали… Впрочем, это отдельная тема, в двух словах об этом не рассказать.
В развитых странах, мне кажется,  понимают, что деньги, потраченные на музеи – это не выброшенные, а вложенные средства, но вложены они с отсроченным эффектом. Этот эффект проявляется, когда подрастет поколение, воспитанное на высоких ценностях, знающее и любящее свою историю. Ведь от выполнения музеями своей функции генераторов культуры в конечном итоге зависит и культурный уровень, и менталитет, и становление самосознания общества и человека. Безнравственно требовать, чтобы музей приносил прибыль, у него совершенно другие задачи. То наследие, которое хранят музеи, принадлежит абсолютно всем, никто не имеет права требовать плату за доступ к этому наследию.  Музей – не собственник этого наследия, ему лишь делегировано право хранить его и обеспечивать к нему доступ всем желающим; входная плата взимается за обеспечение комфортных условий общения с памятниками культуры. Поддержка музеев – дело государственной важности, государство должно быть заинтересовано в том, чтобы все люди имели возможность пользоваться духовными ценностями.
- Мария Елисеевна, а у Вас есть  любимые музеи?
- Очень много. Например, музей-усадьба художника Василия Поленова в Тульской области. Дело даже не в том, что все здесь идеально и любовно сохранено, дело в том, что здесь осталась атмосфера поленовского дома, живы его традиции. При жизни художника его дочери руководили театральным кружком и вышивальными мастерскими. И сейчас в музее показывают детские спектакли, организуют рождественские праздники для детей из окрестных сел. Не последнюю роль в сохранении традиций сыграло то, что руководят музеем члены семьи Поленовых, что дом не ушел в чужие руки. Прекрасны музеи-усадьбы Мелихово и Ясная Поляна, хранящие память об Антоне Чехове и Льве Толстом. Они замечательны тем, что наследие великих писателей сохраняется в комплексе, сохраняется сама среда, в которой они жили. Тут важно все, каждое дерево, каждое растение. Недаром, например, на Куликовом поле сейчас восстанавливают  дубовую рощу на месте «зеленой дубравы», сыгравшей важную роль в исторической битве. Конечно, это не те самые дубы, но дубрава придает достоверность среде, помогает посетителю погрузиться в далекую историческую эпоху.
Я вообще очень люблю музеи-заповедники, хранящие историко-культурное и природное наследие как неделимое целое, сохраняющие и восстанавливающие среду, традиции, образ жизни. Очень высоко ценю Ярославские музеи (художественный и музей-заповедник), Архангельский музей «Художественная культура русского Севера», «Томскую писаницу» близ Кемерова… Кованые изделия, ковка, художественная ковка в Москве
Есть и любимые зарубежные музеи. Очень люблю парижский музей средневекового искусства Клюни.  В нем насчитывается более 10 тысяч предметов – витражи, гобелены, ковры, образцы тканей, мебель, ларцы, золотые, серебряные изделия, стеклянная и фарфоровая посуда, церковная утварь, исторические экипажи, оружие.  Даже растения в монастырском садике, заложенном еще Марией Медичи, выращивают именно такие, которые изображены на средневековых гобеленах. Именно эта скрупулезность  в мельчайших деталях и придает ощущение подлинности. Дотошность, достоверность, выверенность детали – это то, без чего немыслима музейная наука.
 - Есть ли принципиальные отличия российских музеев от зарубежных? Можем ли мы похвастать чем-нибудь таким, чего нет в других музеях мира?
- В наших музеях поражает способность на очень маленькие деньги создавать интереснейшие концептуальные экспозиции. В музеях большинства стран в первую очередь обращает на себя внимание стиль хай-тек, великолепное современное оборудование, которое использовано для показа экспонатов. У нас же эффект создается за счет продуманной концепции музея, в осуществлении которой принимают участие сценаристы, художники, дизайнеры. Взять, например, музей Маяковского. Он организован не по классическим музейным канонам, использован образно-сюжетный метод, при котором посетитель становится участником музейного действа. Здесь нет традиционных музейных залов с витринами, это скорее модель времени и мира, в котором жил поэт.
И еще Россия отличается тем, что в ней всегда работали фантастические энтузиасты. Несмотря на нищенские зарплаты, они живут своим делом, недаром академик Дмитрий Лихачев назвал музейщиков «последними святыми на Руси». Только благодаря им удалось сохранить многие бесценные экспонаты, которые в тяжелые для страны времена могли безвозвратно исчезнуть: в  30-е годы прошлого века, например, грозила гибель целому пласту культуры – русскому авангарду. Не говоря уже о Великой Отечественной войне. Те, кто вывез, спрятал, сохранил ценнейшие экспонаты – просто герои. В конце 1990-х годов я побывала в историко-архитектурном музее-заповеднике в городке Болгары в Татарстане. Здесь находятся архитектурные памятники XIII - XIV веков, такие как Соборная мечеть, мавзолеи, ханская усыпальница, ханская баня, многочисленные археологические объекты. Музей-заповедник расположен в 300 км от  Казани, и найти дипломированных специалистов ему непросто. Многие его сотрудники не имели высшего образования, даже главный хранитель, но у них колоссальный опыт, колоссальное трудолюбие и колоссальная любовь к своему делу. В беседе со мною зам. директора высказала сожаление, что не хватает кадров, и одна пожилая сотрудница музея согласилась: «Да, кадров у нас нет, у нас только люди». Именно так – не кадры, а люди, и какие люди!
Рассказывают, что когда-то некоему министру принесли на подпись бумагу о повышении зарплаты музейным работникам, но он возразил: «А зачем? Они и так будут работать!» К сожалению или к счастью, но это  действительно так.
И еще ни в одной стране нет такого количества мемориальных музеев, как в России. Даже в маленьких городках, как правило, существуют музеи замечательных людей, когда-то здесь живших. Может, это не очень великие писатели или поэты, но память о них дорога местным жителям, она помогает гордиться своей малой родиной. С наступлением эры Интернета возникали дискуссии – сохранятся ли музеи в будущем, или их заменят виртуальные подобия.  Убеждена – именно в эпоху «виртуализации» жизни роль музеев, хранящих подлинные свидетельства многовековой истории человека, возрастает. Перефразируя слова поэта, могу сказать, что музей в России – больше чем музей.
 
 




Политика конфиденциальности